Heroes: Retribution

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Heroes: Retribution » Прошлое » [2009] Сделай что-нибудь


[2009] Сделай что-нибудь

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Название: Сделай что-нибудь
Время и место: год 2009-й, где-то в голове Габриэля Грэя. Или не только в его голове.
Участники: Габриэль Грэй, Питер Петрелли
Описание:  "Станут ли эти годы менее реальными для нас?"

+1

2

...дни можно было бы отмечать зарубками на какой-нибудь стене. Здесь всё-таки была смена дня и ночи. Питеру иногда казалось, что бывают даже более тёплые и более холодные дни, или ветер дует особенно сильно.
Но ветер не менялся, не менялась температура... Вообще. Ничего. Не менялось.
Прошло три месяца. "Меньше" - напомнил себе Питер, - "если час - это год, то четверть года - четверть часа, прошло пятнадцать минут. И за эти пятнадцать минут я успел перечитать десятки книг, несколько раз обойти город, несколько раз наорать на Сайлара и множество раз не суметь заснуть. А ещё - девяносто бутылок минералки, которая не гасит реальную жажду, которую я даже не пью на самом деле, потому что сплю в подвале дома Мэтта Паркмана".
Должно было что-то поменяться. Он ведь осознавал, что это - кошмар, созданный телепатом. И этого должно было быть достаточно, чтобы выйти отсюда. Но он не мог. Даже один, без Сайлара.
"Кажется, это уже не только его кошмар, но и мой. Быть запертым в пустом городе с человеком, которого я ненавижу", - думал Питер, меряя шагами идеально-ровную, залитую полуденным светом дорогу без машин. - "И которого должен спасти. Но не могу. Не могу спасти. Это - на самом деле кошмар. Какая-то бессмыслица...".
В комиксах героям всегда давали подсказки. Питер всматривался в вытягивающиеся к вечеру тени, в звёздное к ночи небо, в сроки годности на бутылках с водой, в корешки книг и... ничего. Совсем ничего.
От безысходности хотелось бить кулаками стену, пока не рассадишь костяшки в кровь, но и это было бесполезно.

Месяцы. Питер сбегал, жил в чьих-то квартирах (все были неуловимо похожи, и во всех были часы), читал, думал. Думал столько, что голова должна была уже лопнуть.
"Это навсегда", - думал он в минуты отчаяния, - "Навсегда. Миллиарды лет до конца света".
Одиночество было не менее невыносимо, чем компания Сайлара с его отчаявшимся взглядом. Несчастным, отчаявшимся взглядом, Сайлар, вашу мать. Питер провоцировал, ругался, обвинял, упрекал, но ни разу не заставил того сорвать маску и показать себя-настоящего. Убийцу. Садиста. Психопата.
Пробовал говорить, спокойно говорить, рассказывал что-то о детстве, рассказывал об Эмме, и тогда из взгляда Сайлара уходила обречённость, он поддерживал воспоминания и Питер снова взрывался - "Не твоё! Это не твоё! Это не ты!"
Питер не знал, что его больше бесит: то, что убийца брата сохранял частичку его души в себе, или то, что он сам долгое время не мог почуять неладное, не мог увидеть под личиной брата другого человека - и этого не мог простить, ни себе, ни Сайлару.

Как-то он сунулся в бар. Виски оказался дрянным, но согревал желудок и выгонял из головы мысли.
"Я не могу напиться несуществующей выпивкой. Это невозможно", - решил Питер, но мир вокруг был мутным, и в голове было мутно.
"Могу. Я знаю, каково это. Мой мозг проэцирует состояние алкогольного опьянения. Потому что я на самом деле верю, что я здесь. Всего-то надо - НЕ ВЕРИТЬ. Но из меня очень хреновый Будда, чтобы прервать эту цепь и выйти в Нирвану, в Лос-Анжелес две тысячи девятого года".
После третьего стакана на десятом месяце Ада пришла Кейтлин.
- Тебя здесь нет. - равнодушно сказал Питер. - Здесь никого нет.
- Меня нигде нет. - сказала Кейтлин. - Я потерялась во времени, ты помнишь?
- Помню, - кивнул он. - Я не спас тебя.
Она промолчала, глядя на него, как показалось, с сочувствием.
- Ты уничтожил будущее, в котором я была. И я теперь нигде. Нигде в реальности. Но я могу быть здесь. С тобой.
Он снова кивнул, всматриваясь в её лицо: такое, каким помнил. Внимательные светлые глаза, тонкая улыбка и заправленные за уши кудри. 
- Бог создал человека по образу и подобию своему. - Кейтлин присела на стул напротив него, - Но мало кто понимает, что речь не о внешнем сходстве. Бог создал расу Творцов, способных создавать целые миры. Ты не можешь играть силой Бога, но ты можешь творить. Ты можешь сделать этот город настоящим. Не менее настоящим, чем то, что осталось по ту сторону разума. Населить эти улицы людьми. Вдохнуть в них жизнь. Может быть, это твоё испытание? Принять, смириться?
Питер молчал, кусая губы.
- Может быть, я умер. Может быть, это чистилище. - сказал он наконец.
- Может быть, - легко согласилась Кейтлин. - И может быть здесь куда больше людей, чем ты позволяешь себе увидеть?
Он вскинул взгляд, почти жадный, одними губами произнёс имя.
- И он тоже. Может быть. - улыбнулась Кейтлин.

+1

3

Сайлар существовал. Он ощущал себя. И Город. Он был один. Один на большой чертов Нью-Йорк. Он никогда особо не любил людей, но полное одиночество сводило его с ума. Хотя…они же приходили к нему. По очереди. Он не сразу понял, что они ненастоящие. Они смотрели. Иногда – говорили. Первая – мать. Она рассказывала ему, что он чудовище. Он не спорил. Он теперь редко спорил. Потом были другие. Брайан. Чандра. Зэйн. Айзек. Кэндис.  Алехандро. Артур. Элль. Дэнко. Нейтан. Трупы. Мертвецы. Мертвецы все больше убеждали его в том, что это – ад. Он перестал верить в них, но они все равно возвращались. Потом – перестали. После того, как он кричал, что их нет. И бегал, проскальзывая через их тела, как через туманную дымку. Он бы никому не признался, что почти рыдал от безысходности, когда понял, что больше никто не придет. Даже призраки.
Десять месяцев назад появился Питер. Тогда Сайлар дотронулся до его плеча, не веря. Питер – не исчез. Он прятался от него в разных концах города, но Сайлар неизменно его встречал на улицах. Это, наверное, тоже условия кошмара. Питер не просто смотрел. Он говорил, обвинял. Он ненавидел.
Иногда он смотрел на Питера и видел в нем младшего брата. Его неизменно одергивали. Тогда Сайлар вспоминал, что это чужая память. Кусок чужой личности никуда не исчез. Он оставался, путая мысли и заставляя Питера смотреть с еще большей ненавистью. Сайлару это не нравилось, но он так и не научился контролировать себя до конца.
Питер не хотел есть и спать. Питер верил, что они выберутся. Два долгих года. Уже почти три. А надо ли – выбираться? А можно ли – выбраться? Может, это личный ад Сайлара, а Петрелли здесь для того, чтобы напоминать? Сайлар не знал. Но он ел, спал, читал, чинил часы. Чинить часы – они, сломанные или не настроенные, были раскиданы по всему городу. Это позволяло более-менее держать себя в руках.
Сегодня был очередной однообразный день, который сменил не менее однообразную ночь. Сайлар бродил по улицам. Питера он не видел уже пару дней – тот упорно его избегал, но почему-то потом появлялся. Внезапно он услышал Петрелли. Тот разговаривал с кем-то. Женский голос. «Может здесь куда больше людей, чем ты позволяешь себе увидеть?»
Голос доносился из бара. Сайлар зашел туда, предполагая, что увидит очередного призрака. Или нет? Девушку он не знал. Значит, это - не его кошмар. Но – Сайлар уже убедился – они все ненастоящие.
- Питер, ее нет. Она – часть сна, - сказал он и уверенно подошел в девушке. Коснулся. Та начала таять, - Видишь? Мы здесь одни. Абсолютно. Полагаю – навечно, - Питер выглядел пьяным. Интересно – каково это?

Отредактировано Gabriel Gray (2012-05-27 03:06:51)

+2

4

"Может быть, это твоё испытание? Принять, смириться?"
"Ее нет. Она - часть сна."
Кейтлин растаяла, просто исчезла. "Нет, это не чистилище", мрачно подумал Пит. Слова Сайлара хотелось запить. После полного четвертого стакана несуществующего виски предметы в комнате поделились на двое, отблеск фонарей потек по блестящей барной стойке, а контур Сайлара дрогнул перед глазами. Пит заморгал. "Повело..." Резко дернув рукой, он опрокинул пустой стакан. Тот лениво покатился по стойке и замер в сантиметре от края. "На улицу."
Мужчина поднялся и шатаясь пошел к двери. Синий ночной воздух прохладной волной потек в горло. Пит жадно вдохнул и посмотрел на небо. "Вон, Орион. Охотится..." Но любоваться созвездиями все равно не получилось бы. Красота мира тускнеет и теряет свою живительность, когда ты находишься в ловушке страдания, которое приняло вид пустого и неживого города.
"Я не был пьян пять минут назад", подумал Питер, "Я хотел бы быть пьян."
Слова Кейтлин про принятие. Они коснулись его. "Интересно, это мое подсознание дает подсказку или просто случайно сгенерированный диалог, чтобы занять ум?" Пит знал, что противоречивые эмоции истощают и рано или поздно приводят к белой, выжженной эмоциональной пустоте. Он видел такое в больнице у близких людей больных раком.
"Мне нужно переключиться, найти тут что-то настоящее, во что можно поверить." Но единственным настоящим и живым в городе был Сайлар. "Ведь Сайлар отчаялся выбраться, разве нет?"

Отредактировано Peter Petrelli (2013-03-12 21:10:17)

+1

5

Сайлар схватил пустой стакан и швырнул об стену. Тот картинно разлетелся осколками, один даже царапнул щеку. Сайлар выругался, вытащил осколок и бросил на землю. Потом выбрался на воздух вслед за Питером. Встал в полуметре, не подходя слишком уж близко. Так как неизвестно, что тому придет в голову в следующую минуту – ударить его, Сайлара, или в очередной раз сбежать.
- Ты не можешь постоянно меня избегать. Сколько мне это повторять? Ты сходишь с ума и видишь призраков, - это такая «запевочка». Он снова и снова говорил одно и то же при встрече. Сам себе уже не веря. Кажется, Петрелли вполне успешно его избегал. Выглядел, правда, не очень. Но и сам Сайлар был не в лучшем состоянии: воспаленные глаза и ненависть ко всему живому. Или к самому себе?
Питер его не слушал. Это очевидно. Мир его личного кошмара давно разделился на «до» и «после». До Питера и после Питера. Потому что лучше он, обвиняюще-живой и ненавидящий, чем та зияющая пустота, внутри которой он пребывал последние пару лет.
- Ты не сможешь не разговаривать со мной. Не есть. Не пить. Ты совсем сдвинешься.
Абсурдность надежды. Очевидность Ада наяву.

+1

6

"Ну, да. Как не избегать, когда от твоего присутствия рядом у меня внутри все скручивается, дрожит и колотится от желания тебя убить, то есть оставить гнить тут навсегда, или поверить, что ты способен на не эгоистичный поступок и хочешь помочь мне."
Питер повернулся к Сайлару.
- Я не убегаю, устало произнес Пит, - Что ты хотел? Давай поговорим. Только я не хочу слышать Нейтана вместо тебя, ты уж постарайся.
Ненависть конечна. Если ее не подпитывать, не культивировать внутри себя, она тухнет. Чего не скажешь про чувство вины. Перед Нейтаном. Было бы проще, если бы Сайлар не решил меняться. Ненавидеть психопата просто. Искать в сердце сострадание к убийце своего брата, который к тому же внезапно раскаялся - это почти невозможно. Почти.
"Я не смогу принять его всего. Он отнял самое дорогое, что у меня было. И не только у меня. Но какую-то, то ли добрую, то ли выживающую, то ли хрензнаеткакую часть его души, если она вообще есть, нужно допустить к себе и начать с ней договариваться. Иначе я сойду с ума. Или уж сошел, раз думаю о таком? Нейтан, если бы узнал, наверное, назвал бы это недостойным, сопливо-гуманистичным поступком, или проще - слабостью характера, так думать о враге и убийце."
Ночной воздух холодил щеки, хотелось прогуляться быстрым шагом или зайти в помещение. Возвращаться в бар не хотелось.

Отредактировано Peter Petrelli (2013-03-13 00:56:55)

+1

7

Сайлар вдруг осознал, что сказал уже достаточно. Выпрашивать прощение за то, что не прощают - раз за разом - это должно прекратиться. Иначе он окончательно свихнется.
- Только твой и мой разум. И призраки, которых мы создаем. Больше никого. Может, ты прав. Нам не стоит цепляться друг за друга в надежде сохранить остатки человечности. Потому что ты человечен. Я - нет. И...я действительно сожалею.
Он развернулся и пошел по улице. Там есть много квартир с поломанными часами. И его личных кошмаров.

+1


Вы здесь » Heroes: Retribution » Прошлое » [2009] Сделай что-нибудь


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC